​Родные, хоть и не кровные

Легко ли принять чужого ребенка как родного? Вложить в него все силы, чтобы его жизнь изменилась в лучшую сторону. Стать любящими родителями двадцати приемным детям. У супругов Бирюковых – Тамары и Михаила – получилось.

О том, как появилась такая необычная семья и на каких принципах основана, наш разговор.

– Сколько в вашей семье на сегодняшний день детей?

Тамара: На сегодняшний – восемь. Старшие уже выросли и вылетели из родительского гнезда. А в целом мы воспитали 20 приемных детей. Своих детей у нас нет.

– Когда у вас появилось желание помогать сиротам?

Михаил: Как-то раз, в середине 90-х, когда мы с Тамарой уже уверовали во Христа, я попал на семинар для учителей воскресных школ в Санкт-Петербурге. Там собралось триста педагогов-энтузиастов, которые рассказывали, как они помогают беспризорным детям. Эти волонтеры искали ребятишек в подвалах, на чердаках, на вокзалах. Потом отмывали и откармливали их, учили нравственности, «ставили на крыло».

Я слушал и ощущал, что Бог делает во мне что-то особенное. Он зажигал страстное желание вложить свою жизнь в кого-то, кто сильно нуждается в любви и помощи. Я почувствовал, что брошенные дети – это именно то поле, на котором стоит работать. Ведь потерянные детские души – огромная ценность в глазах Бога! К тому же Сам Господь сказал, что Он – Отец сирот, значит, Он хотел бы видеть всех детей – охваченными любовью и заботой. И мое сердце не могло не отозваться на Его призыв.

Уже оттуда, Из Санкт-Петербурга, я уезжал с 15-летним подростком. Решил взять его в наш дом на год. Родители мальчика – наши друзья – испытывали большие трудности в воспитании сына, и, чтобы как-то разрядить обстановку в их семье, я предложил такой вариант.

– Каким оказался ваш первый опыт?

Михаил: За тот год сломались все мои педагогические концепции и всякая уверенность в себе как в воспитателе. Но это и хорошо. Бог использовал трудного подростка, чтобы сокрушить мою гордыню и научить зависимости от Него.

Это оказался очень своевольный юноша, с которым было крайне сложно строить отношения. Тем не менее, когда мама приехала забирать сына через год, она не узнала его. Мальчик сильно изменился в лучшую сторону. Богу удалось повлиять на его душу через нас.

Сейчас этому молодому человеку за тридцать, он называет нас вторыми мамой и папой и очень благодарен за время, которое провел с нами. Он живет весьма достойной и самостоятельной жизнью. Мы видим, что все-таки пришел тот результат, которого сразу не было видно.

– Кто появился в вашей семье следующим?

Михаил: Вначале мы просто с улицы приглашали беспризорных мальчишек, кормили, проводили какой-то урок нравственности. Нам помогала молодежь из церкви. И вот однажды пришла идея принять детей на постоянной основе. Верю, что это было от Бога. На тот момент у нас уже проживали трое бездомных, мы их просто нашли на мосту, где они побирались. Ни один интернат их не хотел принимать. Мы долго искали их маму и, когда через три месяца нашли, сразу вернули ей.

Тамара: Следующими были тоже трое детей, но они уже остались надолго.

У нас были друзья, которые работали в приюте, они рассказали, что там находится мальчик 12-и лет, у него жуткая депрессия. Его мама в тюрьме, папы нет. Мальчика отправляют в детский дом, он плачет, просит найти ему приемную семью. «Вы не хотели бы взять этого мальчика, пока мама сидит в тюрьме?» – спросили нас друзья.

Мы с Михаилом помолились, получили мир в сердце как удостоверение от Господа и решили брать. Мы пришли в приют за одним, а вернулись с тремя! У этого мальчика оказалась маленькая сестричка, которая уцепилась за него и не хотела оставлять. Еще там была одна маленькая девочка, Леночка. Она вскинула на нас глазенки, слезы у нее потекли, протянула к нам ручки – и все, мы забрали ее тоже.

Прошла неделя. Прихожу на работу, смотрю – главный бухгалтер сидит в черном платке. Я спрашиваю: «Анна Николаевна, у вас что-то случилось?» Она отвечает: «У меня племянницу убил сожитель на глазах трехлетнего ребенка. Осталась одна бабушка-инвалид. Может, вы возьмете с Михаилом Ивановичем мальчика?» Я поговорила с мужем, и мы пошли знакомиться с малышом. Выходит звереныш: взгляд исподлобья, на руки не дается, злится. Мы ничего не стали обещать бабушке, решили молиться и искать воли Божьей. Честно скажу: у меня осталось жуткое впечатление от этого Владика – так звали мальчика. Мне не хотелось его брать. Но дома, когда я стала молиться, увидела видение: огромный столб света пролился на меня, и ко мне опустились руки. А на руках маленький мальчик. Я все сразу поняла. Владика дает нам Бог.

Когда мы пришли во второй раз, то к нам навстречу выбежал совершенно другой ребенок – просто лучик солнышка! Протянул ручки к нам, улыбнулся.

Вот так Бог чудесно преобразил этого малыша и размягчил мое сердце. Когда впоследствии я спросила у Владика, о чем он думал, когда увидел нас в первый раз, то он ответил: «Я решил, что вы пришли меня убивать». Такой страх вполне объясним, ведь мальчик пережил страшную трагедию, был ожесточен и напуган.

– У вас появилось сразу четверо детей. Насколько изменилась ваша привычная жизнь?

Тамара: Сразу нам было, конечно, очень тяжело: мы в то время много работали в театре, а также продолжали служить в церкви. К тому же, дети, которых мы приняли, они же разного возраста, никто из них не получал должного воспитания. Там такая борьба между ними началась: они и кусались, и дрались, и обзывались!

Мы отдали маленьких в садик, тех, кто постарше – в школу. Выяснилось, что они все педагогически запущенные: и малыш, и ученики. Уроки с каждым приходилось делать отдельно, двоих отдали в коррекционную школу. Один из тех ребятишек оказался инвалидом детства.

Сначала все выглядело очень печально – и в отношении здоровья, и в их поведении. Но мы не переставали молиться и верить, что Господь изменит каждого из наших приемных детей. И Бог явил Свою славу! Он исцелил их, восстановил умственные способности. Владик сейчас учится в университете, тот, которого считали инвалидом – проповедует в церкви. Мы бы никогда не смогли сами достичь таких результатов, только Господь нам помог!

– С какими еще трудностями вам пришлось столкнуться?

Михаил: Дети, которых мы берем, – с непростыми судьбами и с сильными греховными наклонностями. Например, один из сыновей воровал и делал это очень умело. У этого мальчика была непростая судьба: папа пил, а мама сожительствовала с разными мужчинами.

Однажды мы уехали из дома на два дня, а он за это время вынес все, украл все деньги и проиграл их в автомате. Потом он, конечно, плакал, просил прощения. Каялся. Мы простили, но замки на двери повесили. Мы всегда прощали детей и не переставали надеяться, что они изменятся. Ведь так делает Иисус.

– Дети, которых вы принимали, были, в основном социальными сиротами. Их родители не попадали в поле вашего зрения?

Михаил: У нас была девочка, которую мы взяли из приюта. Ее мама-алкоголичка была лишена родительских прав. На тот момент она приходила за горячей едой для бездомных, которую мы раздавали церковью. И вот Тамара увидела ее в очереди и решила наладить отношения. Эта женщина вначале отреагировала очень негативно, но впоследствии смягчилась и стала приходить к нам в дом, общаться с дочерью. Мы подружились. Потом она обратилась к Богу и бросила пить.

Через год мы вместе с ней подали в суд апелляцию, чтобы ее восстановили в родительских правах. Интересно, что дело вела та же судья, которая лишала ее материнства. «Я ничего не могу понять, – удивлялась судья. – Год назад передо мной сидела опустившаяся алкоголичка, а сейчас это нормальная женщина! Что произошло?»

И тут мы, конечно, с радостью рассказали, как Господь чудесно преобразил маму нашей приемной девочки. Это было потрясающее свидетельство Божьего участия и заботы не только о детях, но и об их погибающих родителях!

К слову сказать, наше дело о восстановлении материнских прав было первым в России.

– Расскажите о принципах, на которых строится ваша семья.

Михаил: Когда мы принимаем детей, то сразу говорим, что принимаем их как родных. То есть им позволительно все как родным, но непозволительно воровать, сквернословить, драться. У нас в доме запрещено выяснять отношения кулаками, то есть запрещено все, что в нормальном обществе. Также у каждого есть права и обязанности, есть сфера ответственности. Каждый в семье имеет возможность высказать свое мнение, когда мы, например, обсуждаем на семейном совете предстоящий отдых или распределение бюджета.

Еще мы объясняем, что называем каждого сыном или дочерью, но сами они могут и не принять нас как родителей. Это их право.

Интересно, что практически все приемные дети с первого дня называли нас мамой и папой и считали своими родителями.

Также в нашем доме установлены четкие и понятные всем границы. Все ограничения мы обязательно проговариваем. Например, во сколько нужно быть дома вечером, во сколько ложиться спать и вставать. За нарушение правил существуют наказания: ребенок лишается прогулки или телефона.

Обязательным у нас в семье является труд. Мама занимается с девочками, учит их готовить, убирать, шить. Я обучаю мальчиков мужским занятиям соответственно их возрасту. Те, кто прожил с нами достаточно долго, выходят из семьи подготовленными к жизни, умеющими позаботиться не только о себе, но и о других. Мальчики понимают в электричестве, сантехнике, научены различным работам по дому и огороду.

Тамара: Я считаю, что самое главное в семье – это атмосфера любви и принятия, чтобы все стремились прийти домой – и муж, и дети. Очень важно также, чтобы между родителями было единство и уважение. Когда дети видят любовь между мамой и папой, они чувствуют себя в безопасности

Михаил: Тамара никогда не повышает голос, не любит резкости и грубости. Она очень мягкий и спокойный человек, способный сгладить все острые углы. Благодаря ей складывается такая особая атмосфера любви в доме, в которой дети исцеляются.

– Получали ли вы от приемных детей благодарность?

Михаил: Мы никогда не стремились получить что-то взамен. Нашей целью не было реализовать себя как родителей, потешить свои амбиции. Мы хотели только одного – помочь детям, попавшим в беду, позаботиться о них. Поделиться с ними теплом сердец, отдать то, что имеем. Это желание вложил в нас Бог. Думаю, Он и поддержал в этом. Но мы, конечно, получаем благодарность от детей и видим, как они нас любят. Все с радостью приезжают в гости, даже те, кто уже женился и имеет своих детей. Для нас все дети родные, хоть и не кровные.

Подготовила Татьяна Арчибасова

На фото: Михаил и Тамара Бирюковы со своими
приемными детьми