«Найду маму и спрошу, за что она меня бросила»

У Лидии Федоровны Носатовой воспоминания о детстве скупы, безрадостны, как у многих, чье детство пришлось на послевоенные годы. Первое, что приходит ей на ум при воспоминании о том времени, - голод и холод. Нечем было протопить землянку, в которой жила семья. Маму особенно заботило слабое здоровье маленькой дочери. Рыбий жир, так необходимый в ее случае, - единственно доступное средство. Родители понимали, что этого мало: Лидочка росла болезненной. Попоить бы девочку козьим молоком, да где его взять!? Папа где-то нашел потерянное отощавшее животное. Козу поместили в крытом подворье и стали кормить, чтобы постоянно было молоко, жизненно необходимое их девочке.

Лида подрастала, начала ходить в  школу, успешно училась, участвовала в художественной самодеятельности, даже выступала на школьной сцене. Все, как у большинства послевоенных детей. Однажды, в гостях у своей подруги, Лида по-детски непосредственно включилась в разговор с ее мамой.

За давностью лет ей не вспомнить этого разговора в деталях, но от того, что услышала десятилетняя девочка от посторонней женщины, детское сердечко сжалось: «добрая женщина» сообщила, что родители Лидочке не родные.

Время для девочки остановилось. Ее сознание отказывалось воспринимать такую новость. Душу ребенка словно заполнила чернота, в одно мгновение вытеснив мир, любовь, детскую радость. Девочка замкнулась, точно зная, что в этот день закончилось ее детство.   

В жизни все изменилось

К людям, которых еще вчера называла мамой и папой, Лида не могла больше относиться, как прежде. Не могла справиться с желанием их не слушаться и делать все наоборот. А вдруг это они виноваты, что она сирота? В душе поселилась злоба. Начался новый отсчет бесконечным будням, в которых не осталось места прежней беззаботной жизни.

Желая досадить родителям, девочка «грозилась» уйти из семьи в детский дом. Откуда ей было знать, каково детям в детских домах?! Но вскоре Лида успокоилась, решив: «Вырасту, обязательно найду мать и спрошу ее, за что она бросила меня». Боль невысказанности на долгие годы поселилась в этой семье.

Жизнь продолжалась. Желание мести делало Лиду сильнее и взрослее. «Какие они мне «мама и «папа»? Они меня не родили…» - оправдывала Лида детскую жестокость по отношению к родителям, которая после разговора с «сердобольной» соседкой поселилась в ее душе. А родители продолжали заботиться о дочери и делали все возможное, только чтобы дочь не ушла из дома.

В шестьдесят первом, по окончании десятилетки, не советуясь с родителями, Лида приняла решение уехать в Новороссийск. Отучилась на курсах, чтобы работать буфетчицей на корабле, получила приглашение на Сахалин.

Приехала домой погостить перед тем, как отправиться в плаванье. Желание найти женщину, родившую и бросившую ее, и призвать к ответу, по-прежнему фанатично руководило жизнью Лиды. Мать с отцом, переживая предстоящую разлуку, не находили себе места. Очень постарел отец. И, кто знает, сколько морщин добавили маме бессонные ночи, когда та мысленно вела с дочерью диалог, вновь и вновь подыскивая слова, чтобы поговорить по душам.

Однажды, не выдержав напряжения, мама расплакалась, стала уговаривать Лиду остаться дома. Разговор, которого так долго избегали, состоялся. Девушка впервые услышала от мамы рассказ о том, что столько лет не давало ей покоя. Сердце Лиды дрогнуло.

Тайна за семью печатями

Ранним августовским утром сорок пятого года обнаружили завернутую в грязное одеяло девочку. Кто-то оставил ее лежать на каменном полу у стены в общественном туалете городского сквера им. Ленина. Человек, сделавший это, ушел, никем не замеченный. Ребенка обнаружили и принесли в Детский дом, который находился на углу ул. Красноармейской и ул. Мира.

В приемном покое врач и медсестра пришли в ужас, когда развернули грязные пеленки, чтобы осмотреть девочку. Ребенок был крайне истощен, сильно простужен, вследствие чего у него развился рахит. Все тельце покрывали нарывы. Боялись даже, что девочка заражена сифилисом. С такими симптомами поместить ребенка в общее отделение директор Детского дома не имела права, - она отвечает за безопасность и здоровье всех детей. Подобного случая в их практике еще не встречалось. Что делать?

По графику работы учреждения наступило время собеседования с родителями, которые пришли выбрать ребенка для усыновления. Первой в очереди женщине, которая ожидала приема, директор все откровенно рассказала и предложила взять эту девочку на время, пока придут результаты анализов. Женщина не побоялась, взяла ребенка домой.

Для семьи это была первая бессонная ночь. Малышка страдала от боли, постоянно кричала, а когда изнемогала от крика, просто стонала в бессилии. Женщина и ее муж по очереди качали девочку на руках, ни на минуту не выпуская ее из объятий. Так продолжалось изо дня в день.

Прошел месяц. Диагноз, которого опасались, не подтвердился, но нарывы проходили медленно. По-прежнему ночами боль не давала покоя маленькой, а значит, и у мамы с папой продолжались бессонные ночи. Милосердные супруги за эти дни прикипели сердцем к девочке, решили, что оставят ее в семье. Так Лидочка обрела родителей.

При оформлении документов об усыновлении появилась «загвоздка». Трудно было определить возраст девочки. Физиологически она выглядела годика на два, но из-за рахита организм оказался настолько слаб и истощен, что девочка не могла ходить и весила столько, сколько обычно весят дети в возрасте трех-четырех месяцев. День, когда Лидочку нашли, стал для нее вторым рождением, эту дату и указали в метрике: 14 августа 1943 года.

Третье рождение

Впервые услышав этот рассказ, Лида вдруг поняла что-то очень важное. Сосредоточенная на своем горе, она не замечала, сколько страданий доставляла двум любящим людям, ближе которых для нее никого не было, возможно, никогда не будет.

Узнав о программе «Жди меня», еще раз попробовала найти мать, не уезжая из дома. Девушка заполнила формуляр, но не стала отдавать его в киоск. Вернулась домой и больше об отъезде не помышляла. В доме налаживалось привычное течение жизни.

Работая кассиром в Гастрономе, Лида познакомилась с Любой, вскоре девушки подружились. Подруга много рассказывала ей о Боге. С чем-то Лида соглашалась, с чем-то спорила, но совсем не могла слышать христианских песен. Когда Люба начинала петь, Лида требовала умолкнуть. Люба безропотно подчинялась подруге и продолжала о ней молиться.

Прошли годы. Лидия вышла замуж, но семья не сложилась, с мужем разошлись. Со временем разладились отношения и с дочерью, которая уже повзрослела и жила своей жизнью, отдельно от матери.

В апреле 2004 года настал час, когда после долгих уговоров Лидия вместе с Любой пришла на богослужение в церковь «Вифанию». «Я сразу полюбила и церковь, и песни. Хор пел, а я плакала, - вспоминает Лидия. - Четвертого апреля я покаялась и приняла в сердце Иисуса Христа как своего Спасителя. А тридцатого мая состоялось мое водное крещение».

После покаяния Лидию Федоровну пригласила на домашние служения Татьяна Рысухина, пастор домашней церкви. С тех пор их сроднил Господь. Лидия признается с волнением: «Господь прилепил меня к Тане, а ее - ко мне на всю жизнь».

Господь дал силы Лидии Федоровне многое понять и, конечно, простить обидчиков. Только благодаря Его любви Лидия поняла, что мама, возможно, и не бросала ее. Никто, кроме Бога, не знает, что случилось с женщиной, родившей ее. Быть может, та сама была в опасности и знала, что общественный туалет - единственное место, где ее доченьку обязательно найдут. Лида, наконец, смогла по-настоящему простить ее. Простила и соседку, которая украла детство, вероломно «ворвавшись» в их семью и разрушив мир, доверие, любовь, которые строили в семье родители ценой немыслимых усилий.

Но она до сих пор сожалеет, что всю жизнь до встречи с Богом, сама того не осознавая, не хотела отпустить бремени обиды, от которого страдала не только сама, но и мучались ее родители. Ведь те ее приняли и полюбили, как родную дочь. Если бы можно было исправить свои ошибки! Если бы они были живы, «нынешняя» Лидия отплатила бы им теплом, заботой и дочерней любовью. Но, увы, теперь ничего не изменить! «Любите своих близких, живите с ними в мире. Понимайте их и цените ваши отношения, чтобы не произошло так, как со мной», - обращается ко всем Лидия Федоровна.

«Нынешняя» Лидия

«Бога Лида полюбила сразу, - рассказывает Татьяна Рысухина.- Постепенно ее сердце оттаяло, она научилась улыбаться и радоваться. Уныние, наконец, оставило ее, когда Лида поняла, что нашла Того, Кому очень нужна, Кто любит ее и заботится о ней. И еще она осознала: в Боге можно найти любовь, которую не получишь от людей.

Она молитвенница, - продолжает Татьяна. - Я могу в любое время позвонить и попросить ее поддержать в молитве. Всегда Лида делает это с радостью. Я никогда не слышала, чтобы Лидочка жаловалась на трудности, в том числе и денежные, хотя живет на одну пенсию. Слава Богу, что восстановились их отношения с дочерью Ольгой, которая теперь находится постоянно рядом с ней.

Из-за инсультов и перенесенной травмы ей трудно ходить. Однако в любую погоду, если позволяет самочувствие, Лидия идет на богослужение. Часто на трамвайной остановке на ул. Майкопской садится на лавочке и всем, кто желает, дарит нашу газету. За нее и за таких, как она, я благодарю Господа».

Людмила БУЛАХ

Хочешь получать «Христианскую газету» по почте? Подписывайся!