​Рожать или не рожать...

По статистике, большинство людей согласны вырастить и воспитать одного, максимум – двоих детей. Но есть и те, кто рожает пятерых и даже десятерых. Что заставляет одних четко планировать рождение единственного малыша, других – принципиально отказываться от мысли о детях, а третьих – безбоязненно рожать «сколько Бог даст»? На этот вопрос попытались ответить социологи и священники.

После столетия исследований семьи и деторождения обществоведы и демографы признают: мировоззрение (и в том числе религиозность) может оказывать значительное влияние на решение вопроса «рожать или не рожать».

Пытаясь разобраться в том, почему «ненужность детей» стала нормой, Иван Забаев, кандидат социологических наук, руководитель социального исследовательского проекта, вместе с коллегами объездил полстраны, беседуя с самыми разными людьми об их жизни и отношении к детям.

Все изменилось

«Изначально, когда мы женились, для нас не стоял вопрос, будем рожать или нет. Рожать будем. А когда? Ну, не сразу после свадьбы. Мы ведь – ответственные родители», – записывают ученые рассказ двадцатидевятилетней мамы из Москвы.

Рожать в девятнадцать лет, не окончив института, или в двадцать два года, только-только «поднявшись на ноги»? Не разумнее ли подождать несколько лет? И люди ждут. А между тем лет тридцать назад на таких показывали бы пальцем.

«Это была совсем другая жизнь, – делится воспоминаниями жительница Новосибирска Татьяна, мама троих детей. – Тогда считалось необходимым, будучи студенткой и девочкой из хорошей семьи, выйти замуж и иметь детей. Это казалось совершенно обязательно. Если у кого-то так не получалось, человека считали неудачником».

А сегодня, по-видимому, клеймо неудачника можно получить в прямо противоположном случае.

Дети в угоду свободе

Анализируя ответы своих респондентов, исследователи выясняют: потенциальным родителям кажется, что, родив ребенка, они упустят что-то важное в сегодняшней многообразной жизни: «Мне нужна свобода, мне надо куда-то уезжать, уходить. Кажется, если родишь, рискуешь упустить нечто важное – лучшего человека, какую-то поездку» (Юлия, 26 лет). Потому нет ничего удивительного в том, что пополнение в семье стараются отложить. А откладывать сегодня можно до бесконечности: мегаполисы предлагают такое невероятное количество возможностей, что ощущение собственной «незавершенности», неосвоенности жизни у людей присутствует постоянно.

Рекламный слоган одной фармацевтической фирмы, выпускающей гормональную контрацепцию, гласит: «Живи своей жизнью, пока не решишь начать новую». Но кто же в здравом уме пойдет на такое – поставить на себе и «своей жизни» крест?

Потерянные годы?

Вот в исследовании и появляется вторая искомая категория – так называемая «своя жизнь», на сегодня играющая роль мощного тормоза в деторождении. Часть опрошенных не сомневаются: воспитывать ребенка и при этом полноценно работать, путешествовать, заниматься любимым делом – это что-то из сферы фантастики. Рассуждая по этой схеме дальше, можно сказать, что решиться на второго ребенка – значит отложить дату «возврата» в «свою жизнь» еще на несколько лет!

Твоя жизнь!

Но есть и другое мнение, прямо противоположное: «Работа – это твоя обязанность, а здесь – полет фантазии. Все-таки с детьми больше получаешь положительных эмоций, удовлетворения. Работа – это деньги, а дети – это твоя жизнь».

«Это твоя жизнь». Стоп! А как же «своя жизнь»?!

Как выясняется в ходе исследования, часто в многодетных семьях привычного противоречия между своей жизнью и жизнью детей нет. «Дети воспринимаются не как жизненный этап, а как еще одна сфера, в которой возможна самореализация, то есть «своя жизнь» как направление, в котором можно развиваться, – а это всегда мощная предпосылка для деторождения», – объясняет Иван Забаев. Когда у тебя семеро детей, ждать, пока они вырастут, можно до глубокой старости, потому, по словам одной многодетной мамы, «надо вести собственную жизнь вместе с ними».

Дети «рождают отца»

Ученые вышли на интересную гипотезу: «Согласно ей, второе, третье и так далее рождения в семье «заказывает» отец. Первый ребенок – «обязательная программа», а дальше все зависит от мужа».

«Мы сейчас наблюдаем кризис отцовства, потому что в современном городе стало непонятно, зачем нужен отец и муж, – объясняет Забаев. – Раньше глава семейства строил дом, носил воду, рубил дрова, кормил детей и жену. Сегодня вода на кухню подведена, дров в печку рубить не нужно, дом построен, женщина в состоянии заработать не хуже мужчины. Даже ребенка она сегодня может родить и растить без него, что часто и делает. Но вот рожать второго ребенка без мужа женщина, скорее всего, не будет. А тем временем в многодетной семье кризиса отцовства, как правило, не ощущается: мама с семерыми детьми уже физически не в состоянии зарабатывать на семью, так что функция мужа остается – он незаменим, он добытчик, мужчина-отец становится «нужным», дети как бы «рождают отца».

«Глядя на эту семью, хочется жить!»

Добытчик-то добытчик, но способен ли он заработать на семерых-десятерых человек в одиночку? Имеем ли мы моральное право растить ребенка без высокого и стабильного дохода? В голове вертится известная присказка «наплодили нищету», и никому не хочется стать объектом такого укора.

«Я сам довольно долго верил во «всесильный» экономический фактор, – признается Иван, – пока на интервью в Хабаровске не познакомился с мужчиной, который, имея доход в 20-25 тысяч рублей, умудряется содержать жену и троих детей, а еще сумел купить участок земли и сейчас своими руками строит на нем дом. И, главное, более счастливого человека я не встречал. Глядя на таких людей, хочется жить».

Примеров того, как люди с низким доходом воспитывают нескольких детей, очень много. «Доход важен, но при принятии решения он выполняет вторичную роль, обеспечивая многодетному человеку моральную поддержку, – говорит Забаев. – Массовые исследования по России не фиксируют прямую связь дохода с деторождением».

Совместными усилиями

После двух лет исследований социологи и богословы сошлись на одном предположении: схему «сборки» человеческой жизни может дать Церковь, а уже цельный взгляд на жизнь способен дать импульс к увеличению рождаемости. «Только надо помнить, – говорит замдекана богословского факультета ПСТГУ протоиерей Николай Емельянов, – что Церковь – это не инструмент построения эффективной государственной идеологии и тем более демографической политики. Скорее, мы приходим к совершенно другому заключению: отсутствие духовной культуры, внутренней «цельности» современного массового сознания сделает абсолютно неэффективными любые самые замечательные инструменты государственной идеологии».

По публикации Валерии Посашко «Откуда берутся дети? Социологи утверждают: из головы»,

pravmir.ru

Хочешь получать «Христианскую газету» по почте? Подписывайся!